Рейтинг@Mail.ru
Новостной портал "Город Киров"
29 июня, Киров 5.1°
Общество Добавить в закладки

"Сначала отказалась, но дочь переубедила": чепчанка о рождении ребенка с синдромом Дауна

"Сначала отказалась, но дочь переубедила": чепчанка о рождении ребенка с синдромом Дауна
Фотография автора
Автор: Дарья Рубцова

Зинаида Ясакова воспитывает солнечного сына Кирилла. Портал "Город Киров.RU" поговорил с женщиной о трудности принятия решения оставить такого ребенка и о прелестях воспитания.

Ребенку с синдромом Дауна нужно больше времени, терпения, помощи в повторении. Но если правильно и грамотно выстроить отношения, то трудности станут преодолимы. Эти дети очень добрые, улыбчивые и общаются со всеми одинаково. Но в то же время они очень чувствуют фальшь, неискренность, невнимание и тогда не идут на контакт человеком.

Зинаида с сыном много путешествуют, занимаются активным отдыхом.


– Летом мы плаваем на рафтах, ходим в поход с ночевкой, каждое лето в рамках терапии катаемся на лошадях, вместе работаем в саду, ездим в Цирк, не пропускаем ни одной новой программы. Обязательно ходим в театр на спектакли, в кинотеатр, посещаем все мастер-классы, ходим в бассейн, настольный теннис и коньки. В общем, живем очень насыщенной жизнью.


Для Зинаиды это была третья беременность и она проходила без каких-либо осложнений. Анализы и УЗИ ничего не предвещали. Все было хорошо. Мама и врачи очень удивились, когда родился мальчик с синдромом Дауна. 

В роддоме сразу предложили отказаться от ребенка, чем очень напугали.

– Я родила в восемь вечера, а утром в 09:00 утра меня уже позвали на беседу. Там был детский педиатр и заведующая отделением. Они показывали мне картинку из медицинской энциклопедии. Я об этом диагнозе вообще ничего не знала, не интересовалась и не думала. Сказали, что ходить он не будет, волосы выпадут, что-то про уши говорили. А я уже и ничего не слышала, слезы катились. Поэтому было очень тяжело. И дежурные врачи мне посоветовали: «Давайте скажем, что умер и тебя не будет никто тревожить». 

Под нажимом врачей Зинаида отказалась от сына и оставила его в детском отделении.

– Лежала в палате, все кормят своих деток, а я к стене отвернулась, плачу. Они меня потом на следующий день выписали. Я вышла через задний ход тайком домой. И тогда начались, можно так сказать, черные дни мои. 

Для отказа нужно было оформить документы и принести фотографию ребенка. Женщина приходила в больницу с фотографом, даже приводила батюшку, чтобы окрестить малыша. Постепенно она начала привыкать к ребенку.

– Наблюдала, держала на руках, а потом вспомнила про знакомую воспитательницу и пошла в центр реабилитации посмотреть на таких ребят. И на маленьких, и на больших. Потом еще дочка мне сказала: «Мама, сделай себе подарок на день рождения, забери Кирюшу». У меня день рождения 29 августа.  Заведующая отделением детским была в отпуске, а потом, когда она вышла, она мне показала моего Кирюшу и сказала: «Нервные окончания хорошие. Кто вам сказал, что он ходить не будет. Все развитие идет правильно. И маленькие дети не отличаются до 3 лет. Отказаться успеешь». 

И тогда Зинаида начала приходить к малышу, кормила из бутылочки, приносить распашонки и хотела сразу забрать. 

– Я хотела сразу его забрать, но решила доделать все свои дела. Прописала его, подготовилась и 1 сентября мы забрали Кирилла с дочкой. В тот день лил дождь, а когда я его забрала, мы вышли, буквально на 5-10 минут появилось солнце. Мы только успели сфотографироваться и доехать домой. Это как знак такой. Такая еще уверенность появилась. Он в год и четыре месяца пошел и теперь бегает, что не догнать. 

Вопреки прогнозам врачей, Кирилл сам ходит, сам ест и говорит несколько слов. Понимает, что ему говорят, но для этого потребовалось много времени и сил.

 – Конечно, это каждодневный труд, но это не в тягость и все-таки мне повезло, что в нашем городе есть и садик, и центр реабилитации, и школа, так что я могла работать.

Зинаида воспитывает Кирилла одна. Семья живет на две пенсии.

– Отец первых двоих моих детей рано умер, а отец Кирилла испугался, тоже был за отказ, а потом и вовсе перестал общаться. 


Смертность особенных детей в первый год

– Попадая в дом малютки, многие не выживают. Мой участковый педиатр говорила, что у таких деток ослабленный иммунитет. Поначалу мы часто болели. И на физиотерапию ходили, и на массаж, и на прогулки, поднимали гемоглобин. Я много в него вложила, поэтому врач тогда так и сказала, что там бы он умер. 

Зинаида считает, что с родителями, у которых появился особенный ребенок, должен работать психолог. В таком случае будет меньше отказов.

– Психолог обязательно нужен грамотный. Сейчас уже более  информированные мамы, но все равно находятся в стрессе. Поэтому обязательно нужна информация. 

Отказы от особенных детей

– Конечно, я против того, чтобы родители отдавали своих детей в приюты. Они маленькие и часто умирают на первом году жизни, а это ваш ребенок. Он похож на своих родителей и он нисколько не виноват, что у него лишняя хромосома. Это такие любящие дети, солнечные. Семья с ними становится крепче, отношения лучше в семье. Почему я говорю, что семья крепче стала. И сын, и дочка его полюбили, мне помогали и нянчились, плакать не давали и беспокоились всегда. Я считаю, что это помогло сплотиться. Они очень бережно к нему относились и до сих пор он любит, вспоминает их. 

Мама мечтает, чтобы поменялось отношение к таким детям.

– Нужно менять отношение общества, нужно рассказывать, показывать таких детей. Они такие умненькие, такие хорошие, такие славные. Сейчас уже отношение общества меняется. Условия другие, не то, что 10-15 лет назад, когда я рожала. Не было никакой информации, а был только страх перед будущим.

Коммуникация с другими детьми

– Пока дети маленькие, никакой разницы нет. Все вместе играют. Тут больше родители шарахаются, когда видят такого ребенка и уводят своих детей. Если мои друзья объяснили своим детям и внукам, что бояться не надо таких детей. Тогда все игры и общение проходили бы легко, и он относился ко всем дружелюбно. Объяснялись бы жестами, звуками, отдельными словами. В садике и в центре реабилитации, куда мы ходили, все были на равных условиях. Сейчас в школе все дети с инвалидностью, поэтому ему проще общаться. Есть девочка, с которой они очень дружны, так как с садика с ним вместе. 

Адаптация в школе

– С социализацией есть определенные трудности, но ему очень помог тьютор и он быстро адаптировался в школе. Кирилл разницы не замечает, что он такой. Учится он сейчас в коррекционной школе, наверное, последний год. Очень жаль. Хотелось бы еще год походить. В августе Кириллу будет 18 лет. Раньше он ходил в специализированный садик и музыкальную школу. Там у нас был отличный педагог. Сейчас она ушла не пенсию. Помимо музыкального, она еще одно образование по таким деткам закончила. И у нее были с синдромом Дауна другие ученики, помимо Кирилла. Она вызывала у них мотивацию к какому-нибудь инструменту, и речь вызывала. Они с ней  вместе играли на барабане и на фортепиано, пели детские песенки, рисовали, слушали шум дождя, кто-то любил звук самолета. 


Курс дельфинокоррекции

– Очень помог детский фонд. Мы съездили в Ярославль. Очень понравилось. Он там начал очень хорошо говорить некоторые слова. Но все это надо закреплять. Еще нам помогали с реабилитацией в Челябинске, ездили в некоторые санатории укреплять здоровье. Я тоже вместе с Кириллом плавала на занятиях. Преодолела свой страх.


Занятия в «Дорогою добра»

– В «Дорогою добра» мы уже 5 лет ездим, если не больше. Бюджет состоит из двух пенсий. Кирюшиной и моей. Мы стараемся где-то в другом экономить. Я выращиваю овощи в саду. С одеждой друзья помогают. Но такие занятия, как в «Дорогою добра» мы пропускать не будем. Тут просто нет слов. Будем ездить, пока нам здоровье позволяет.

Комментарии:

Вы будете первым, кто оставит комментарий.

Оставить комментарий

Чтобы оставить комментарии, введите ваш никнейм и E-mail

Новости партнеров

Статьи по теме: