На каком языке говорят граждане России?
- Абсолютно перестала понимать людей, - пожаловалась на днях бывшая одноклассница. - Причем, в буквальном смысле слова. Вроде, все по-русски говорим, но друг друга не понимаем абсолютно. Я слушаю, как разговаривает по телефону моя 14-летняя сестра и ВООБЩЕ не понимаю о чем она говорит с подругой. «Менша, ты жжошь!» - это что означает? Выхожу из магазина, слышу, как переговариваются стоящие у киоска с пивом молодые люди. Каждое слово в отдельности — понимаю, смысл фразы — нет. Какая-то дикая смесь жаргона, мата и русского языка. Бабульки у подъезда что-то спрашивают, а мне приходится их переспрашивать. Я этот «деревенский русский» не понимаю также! Я вроде не старая, мне всего лишь 25 лет, но я перестала понимать своих сограждан — все говорят по-русски, но что говорят — понимаю не всегда.
Интернет-язык, как тотальная безграмотность
На самом деле, это не всегда так забавно, как кажется. Несмотря на прошедший недавно «год русского языка» и отчаянное сопротивление филологов «американизмам» и остальным «нововведениям», русский язык стремительно меняется. В худшую или в лучшую сторону — покажет только время, но на лицо тот факт, что язык уже разделил людей на социальные классы жестче и реальней, чем уровень доходов. Ты можешь одеваться в одном магазине с руководителем крупной фирмы, но говорить с ним на разных языках. У каждого социального класса — свой язык, во многом непонятный другому социальному классу, отражающий свой стиль жизни и ценности.
Например, устроившись на новую работу, особенно если она из другой области, нежели предыдущая, первый месяц будешь ходить, как посетитель с Юпитера. Потому что, приходишь, как правило, в слаженный коллектив со своими ценностями, у которого есть общая история помноженная на профессиональную «терминологию» и понимание друг друга с полуслова. Только со временем их история станет твоей историей, и язык — твоим языком...
Впрочем, российские филологи бьют сейчас тревогу совершенно по другому поводу. В виду «общедоступности» Интернета на улицу и в учебные заведения выплеснулся «новый русский интернет-язык», основной особенностью которого является тотальная безграмотность и намеренное искажение норм.
- Я уже готова плакать от этих новомодных словечек, - говорит Елена Коробанова, преподаватель русского языка и культуры речи, а в прошлом — учитель русского языка и литературы с почти 30 летним стажем. - Видели бы вы, что мне студенты пишут. Они пишут так, как говорят — и это ужасно. Нет в русском языке слов «по-любому», «зачот», «реальный мужик», «не по делу» , «шоколадно» - а мои студенты в своих работах это пишут. Они абсолютно не ощущают разницы между литературным и разговорным языком. Потому что русский литературный язык и русский разговорный язык — всегда шли параллельно друг другу. Конечно, они могут пересекаться и даже обогащать друг друга, но в достаточно небольшой степени, иначе получается вульгарщина. Сейчас в сочинениях стали появляться еще какие-то непонятные слова, которые мне даже не произнести. Как мне объяснили — это слэнг любителей японского анимэ, на которое началось повальное увлечение.
- Я считаю, что русский язык стал однозначно портиться. Пока в Интернете не запретят разговаривать на таком языке, все усилия филологов и учителей бесполезны. Неудивительно, что люди перестают понимать друг друга. Раньше, благодаря печатным текстам, выверенным редакторами и корректорами, у многих поколений людей формировалась интуитивная грамотность. Правила можно было и не помнить - зрительная память спасала. А теперь — какая зрительная память, когда столько людей новости читают в Интернете, на всевозможных блогах и сайтах, иногда не относящихся к СМИ? Я вижу выход в том, чтобы вновь вернуться к «общему» литературному русскому языку, чтобы каждый мог понимать другого.
«Ох***но» вместо «великолепно»
Совет, несомненно, не лишен рационального зерна, потому что даже в этой самой публикации филолог обнаружит немало ошибок. Вопрос в другом, насколько это реально в настоящих условиях? Попробуйте сказать сантехникам (вариант — таксистам, уличным продавцам, уборщицам): «Господа! Позвольте узнать, где здесь уборная?», у них тут же случиться лингвистический ступор. Они такие слова слышат по большим праздникам и только по телевизору. Любая просьба, сопровождаемая полагающимся количеством «пожалуйста — спасибо - позвольте», осмысливается ими намного дольше, чем обыденное: «Мужики, где здесь сортир?». А ведь людей , прочитавший в своей жизни только 2 книги: букварь в 1 классе и учебник биологии в 9-м — это внушительный и постоянно растущий пласт людей, с которыми так или иначе контактируешь каждый день.
Речь людей пенсионного возраста — это еще один марсианский вариант русского языка, помесь разговорного уличного с деревенским диалектом. Кто знает, что значит слово «набуткалась»? А «черепеня», вместе с «буде», «баско», «темнает», «хороняли», «отпадывает»? Выучить это невозможно, в этой «языковой среде» надо родиться и жить. С другой стороны, объяснить старшему поколению, как я «вижу» с помощью ICQ свою подругу из Ижевска — сидит она или нет в Сети - точно так же нереально.
Подростки — носители еще одного диалекта, иногда странного, иногда смешного. По крайней мере, в свете глянцевых журналов и ЖЖ, вопль какой-нибудь 15-летней девушки, примеряющей платье в магазине «О! Гламурненько!» - более-менее понятен. К слову о подростках. Не так давно, на сайте «Новой газеты» - novayagazeta.ru - было опубликовано письмо одной весьма «продвинутой» женщины в защиту своей дочери-школьницы. Называлось оно «ЕГЭ по русскому или зачем мы учим своих детей врать?». Смысл многостраничных рассуждений сводился к следующей мысли: мы учим своих детей тем словам, которые давно уже не используются, называя все это «русским литературным языком», хотя, на самом деле, учим их банальному лицемерию. То есть, грубо говоря, почему мой ребенок должен писать «великолепно», хотя он говорит «ох***но»?!
Конечно, позиция спорная, так как любой другой человек может задать встречный вопрос: а почему я должен писать «ох***но», когда мне хочется и мое воспитание мне позволяет писать «великолепно»??
Интернет-язык, как разрушение стереотипов Александр Морозов, известный интернет-автор, известен на многих литературных форумах под ником Estrey, как «аффтар» многих произведений, написанных «разговорным» языком. Удивителен тот факт, что сам он в свои 24 года преподает общую психологию в Оренбургском госуниверситете. То есть по своему социальному статусу должен, наверное, выступать за чистоту языка.
- Я считаю, что здесь нет никаких противоречий. Каждый должен писать и говорить на том языке, который, по его мнению, отражает его эмоции и более четко передает мысли. Мой язык — это так называемый «новый русский интернет-язык». Я себя в нем чувствую комфортно, кто бы там меня ни стыдил за «безграмотность».
К слову, я тут на днях зашел в блог к одному «товарищу», борцу за чистоту русского языка в сети, и увидел там такой баннер (вся стилистика и пунктуация сохранена) : «Я хочу хочу, что бы все эмбицилы в интернете писали по-русски правильно». После этого, кто из нас безграмотный «эмбицил» - это еще большой вопрос!
Язык — это живой организм. Ему нужно обновляться, с ним можно и нужно экспериментировать. А наши филологи вцепились в правила столетней давности — и не двигаются! А то, что этот якобы литературный язык не отражает современность — им параллельно. Главное - традиции!
Еще больше раздражают, конечно, доморощенные блюстители чистоты родного языка, которые комментируют мои рассказы. Сейчас каждый, кто закончил школу с «пятеркой» или «четверкой» по русскому языку, считает себя великим знатоком языка, и уверен, что его правила самые «правильные». Причем, они еще между собой в моем блоге разборки устраивают!...
Мне кажется, наше общество скоро расколется из-за языка. Так же, как однажды «раскололись» американцы и англичане, которые последнюю пару сотен лет спорят, чей же английский более «правилен».Только в нашем случае, это будут граждане одной страны...
