В разных уголках бывшего СССР до сих пор появляются шокирующие истории о пропавших младенцах. Одни родители уверены: их детей похитили прямо из роддомов, а спустя десятилетия уже взрослые люди находят настоящих матерей и отцов.
Такая история случилась с уроженкой Ташкента Ириной Поповой. В ноябре 1983 года 23-летняя женщина родила двух девочек. По официальной версии врачей, они погибли почти сразу после появления на свет. Но мать убеждена: её обманули. Ведь через несколько дней после родов она держала на руках одну из дочерей — живую.
Документы о смерти не выдали, тел не показали. Женщине лишь сказали: «Это выкидышный материал».
С тех пор прошло 40 лет, а Ирина продолжает искать правду.
«Я видела свою девочку, она была жива»
Роды принимали в новом корпусе ташкентского НИИ акушерства и гинекологии. Девочки появились на свет раньше срока. Ирина потеряла много крови, но дети родились живыми.
На следующий день мать спросила врачей о малышках, но получила лишь уклончивый ответ: «Обратитесь в детское отделение». До него она не могла дойти: после тяжёлых родов было предписано лежать.
Через несколько дней одна из медсестёр обронила: «Одна умерла». Больше никаких объяснений никто не давал. Мужа и мать к ней не пускали, общение шло только через записки.
Позднее Ирина всё-таки добралась до детского отделения. Она умоляла показать ребёнка и дала деньги медсестре. Та согласилась и подвела её к кювезу: «Ваша девочка. Держится стабильно».
— Я взяла её на руки, — вспоминает Ирина. — Носик и губки — копия отца. Она мирно посапывала, укутанная в пелёнку. Это был самый счастливый момент.
Однако наутро заведующая холодно заявила: «Вторая тоже умерла». На просьбу показать тело ответила отказом. «Мы работаем с выкидышным материалом, никаких захоронений нет», — сказала врач.
«В документах — одни несостыковки»
Ирину заставили подписать бумагу о том, что она ознакомлена с датами смерти детей. Никакой экспертизы, никаких свидетельств о смерти ей не выдали.
— В справке написали вес 1250 граммов, — говорит женщина. — Но я держала дочь в руках: она весила не меньше двух килограммов. Я не была девчонкой-подростком, мне было 23. Я знала, что это не выкидыш.
Через год Ирина снова рожала в том же институте — на этот раз сына. А позже переехала в Россию, где у неё появилась ещё одна семья. Сегодня она живёт в Краснодаре, у неё двое сыновей и трое внуков. Но память о тех девочках не отпускает: каждый год она мысленно прибавляет им возраст.
«Архивы исчезли, свидетелей нет»
В 2013 году Ирина решилась рассказать свою историю публично. На её слова откликнулись десятки женщин, переживших похожее. Почти у всех сценарий один: новорождённого объявляют мёртвым, тело не показывают, документов нет.
Адвокаты пытались запросить архивы ташкентского НИИ, но оказалось, что записи за 1982–1986 годы уничтожены. Фамилий врачей Ирина не запомнила.
Существуют разные версии, куда могли исчезать младенцы. Одни считают, что их тайно передавали другим семьям в СССР или за границу. Другие — что это было частью негласной схемы усыновлений.
«Подобные истории — не редкость»
Похожие свидетельства есть и из других регионов СССР. Женщины в Казахстане, России и на Украине рассказывали о таинственных смертях новорождённых без документов и без возможности попрощаться.
Так, жительница Алматы утверждает: в 1987 году у неё родились двойняшки, но через несколько дней врачи сообщили об их смерти. Тела мужу выдали в закрытой коробке без бумаг. Женщина уверена, что её девочки могли быть живы.
«Надежда остаётся»
История Ирины Поповой — лишь одна из множества. Официальные расследования таких случаев почти не проводились, документы исчезали, свидетели молчали. Но сама женщина не теряет надежды:
— Я помню, как держала мою дочь. Она дышала, она была тёплой. Я не могу забыть. И пока я жива, буду искать.
